Облако в штанах. Маяковский, пластилин, свет и фотоаппарат

Когда я родился, мама, как профсоюзный работник и член партии, сразу посмотрела в свои «коммунистические святцы». И по ним выпадало, что меня надо назвать либо Леонидом — в честь Леонида Ильича Брежнева, либо Алексеем — в честь первого заместителя Председателя Совета Министров СССР Алексея Николаевича Косыгина.

Отец хочет рассказать сразу обо всем, поэтому мысли обрываются, петляют, перескакивают, как следы беляка...

Президент поздравляет страну. Куранты. Шампанское. Салат. В телевизоре все дружно веселятся. Народ вываливает на улицу и начинает расстреливать новогоднее небо.

Впервые я увидел, как поют глухие в 2001 году. В плацкартном вагоне мы возвращались с фестиваля, где группа глухих танцевала…

Я не умею укладывать в кроватку засыпающую дочь. Не знаю, как это делается. Не владею технологией. На руках засыпает быстро, а как в кроватку кладу — просыпается.

О том, как спектакль-притча «Бог простит» проходил в колонии для несовершеннолетних.

Я не помню, с чего все началось. Скорее всего, мама пришла однажды и сказала: 
— Алеша, вот помнишь, ты с папой ездил на рыбалку на озеро Карган?

Студенческая весна. Я попал на этот фестиваль просто: мои глухие ребята сделали крепкую работу, и нас (уже не в первый раз) повезли «на Россию».

Этот монолог должен звучать на сцене.
Когда выходишь на сцену, знаете, что слышно? Нет, не тишину. Слышно вас.